Видение о загробной жизни рабы Божией Анны

Po rosyjsku, Polecane

hktr870plb0Fragment książki: “Се даю вам власть” autor: Протоиерей  Мордасов Валентин

Видение о загробной жизни рабы Божией Анны, жительницы г. Сланцы бывшее ей в 17 лет от рода, с 24 мая но 3 июня 1937 г. в г. Киронске, Мурманской обл.

В тот день я, как всегда, вернулась домой с ночной смены в 9 часов утра. Прочитала утренние молитвы. Затем села позавтракать, но, выпив лишь половину стакана чая, вдруг очень захотела спать, и тут же легла. Наверное, сразу заснула, потому что увидела вдруг перед собой широкую дорогу. Дул пронзительный, холодный ветер. Чуть впереди, встречая меня, на дороге стояла молодая монахиня. Лишь только я приблизилась, она сказала: «Идем со мной смотреть загробную жизнь».
Я увидела у нее белые крылья, но это почему-то не удивило меня, я лишь спросила; «Как тебя зовут?». Она ответила: «Анна, я — твой Ангел». После чего взяла меня за правую руку и повела вперед по дороге. Шли мы, надо сказать, очень и очень быстро и были в пути не одиноки. То и дело нас догоняли и обгоняли страшные. черные существа, несшие на своих крыльях вопиющих и извивающихся людей. Моя спутница объяснила мне, что это демоны несут осужденных грешников к месту вечных мучений. Догоняли нас и взрослые люди, некоторые вели за собой маленьких детей. Моя спутница-монахиня предупреждала их: «Идите правой стороной, узкой терновой тропой, и придете к Храму». Многие уходили на терновую тропу, но долго идти по ней не могли. Тяжел для них оказывался узкий путь… И снова возвращались они на широкую дорогу. По широкой дороге идти легко, хорошо, но придешь на погибель.
Мы с монахиней подошли к озеру, в котором не было видно воды, но колыхалась и двигалась густая человеческая масса, испускающая смрад и горечь, как нераскаянным!!!». Другие кричали: «О, горе, горе мне грешному; родился я на земле для вечного мучения! Да будет проклят мой день рождения!!!». Демоны подносили на крыльях грешников и бросали их в озеро. Тех, которые подходили сами и даже с детьми 3-5 лет, демоны цепляли крюками за их одежды и втаскивали в это озеро… Мне показалось, что и меня сейчас же зацепят крюком и затащат туда. Я очень испугалась и спряталась за монахиню. А потом спросила у нее: «Почему же таких маленьких детей бросают в огненное озеро?». Она ответила: «Эти дети некрещеные и богохульству научены». Я снова спросила у нее: «За какие грехи эти люди мучаются в этом огненном озере?». На что она сказала: «Здесь находятся христиане, которые жили на земле, но жизнь свою вели не по-христиански, занимались богохульством». Я спросила: «Можно ли вымолить их из этого озера?». Она объяснила, что можно, но только очень много нужно потрудиться, очень много молиться, делать добрые дела, творить за них милостыню… От страха и горечи мне вдруг стало плохо, заболела голова и меня стошнило.
Наконец мы пошли дальше. Шли долго: сначала берегом «живого» озера, потом через поле. По бокам дороги теперь пролегали глубокие траншеи. В них сидели люди, облаченные в какие-то странные шевелящиеся одежды. Присмотревшись, я с ужасом заметила, что тела этих людей покрыты толстым слоем копошащихся червей, поедающих человеческую плоть. Я спросила: «За какие грехи эти люди мучаются?». Монахиня ответила: «За разные беззакония». Через некоторое время мы подошли к храмине (зданию).
Сквозь открытые врата я увидела котлы с кипящей смолой. В каждом из них сидел человек. Многие из этих людей пытались выпрыгнуть, но некая сила удерживала их, и они снова и снова окунались в смолу. Я спросила: «А эти люди за какие грехи мучаются?». Монахиня ответила: «Одни жили невенчанными, блудниками, другие вступали в брак шесть-семь раз и не раскаялись в своих грехах».
Подошли мы к дереву, на котором висело множество крестиков. Я в недоумении спросила у своей пу- теводительницы, почему они здесь висят? Она мне объяснила, что если крещеные христиане при жизни не носили крестиков и не молились, а по их смерти им надели кресты, то демоны эти крестики снимают и вешают на это дерево, а людей сразу отправляют на место мучения в ад. Душу же грешника, который раскаивается в своих грехах и который стремится исправиться и жить по заповедям Божиим, Ангел-хранитель проводит сквозь воздушные мытарства, стараясь искупить эту душу ее добрыми делами, а души некающихся грешников демоны сразу забирают в ад.
Двигаясь дальше, мы дошли до другой храмины. Войдя в нее, я увидела три раскаленные, пышущие жаром печи. Около них бегали демоны с крюками и то и дело вытаскивали на лежащие внизу решетки какие-то пылающие предметы, как будто горящие дрова и колотили их крюками. Через несколько мгновений такое «полено» вдруг превращалось в человека, который вскакивал и с сильным визгом бежал обратно в печь… Я спросила, за что мучаются эти люди, за какие грехи? Монахиня ответила: «Это самоубийцы». Вскоре мы подошли к стеклянной храмине. Пройдя сквозь широкие двери, я увидела столы, покрытые скатертями. На столах стояли кипящие самовары, и была разложена мерзкого вида закуска: жареные мыши, лягушки, черви. Здесь же стояли бутылки с вином. Сидящие за этой мерзкой
траненой люди с болшим отвращением выпивали и закусывали. Вдобавок позади них стояли демоны и поливали всех сидящих кипятком из самоваров. Я спросила, за какие же грехи наказаны эти люди? Монахиня мне объяснила, что это те, кто по утрам в воскресенья и церковные праздники вместо посещения храма Божия, пировали и предавались различным порокам…
Неподалеку от этого места мы увидели еще одну стеклянную храмину. Моя спутница ввела меня внутрь, где я, внутренне ужаснувшись, увидела в пламени пляшущих и кричащих (как будто чего-то требующих) людей. Я спросила:« За какие грехи здесь мучаются?». I Монахиня ответила: «Здесь находятся музыканты, плясуны и увлекающиеся играми (футболом, хоккеем, картами, театром, кино), и все, смотревшие на все это со стороны, в то время, когда в церкви шла обедня». Мы двинулись дальше. Увидев еще одну храмину, вошли в нее. Посреди стоял столб, около которого находилась женщина, как будто прикованная к нему. Вокруг нее обвилась трехглавая змея. Одной головой она впилась в уста, а двумя другими — в груди. Одежда у женщины была в кровяных пятнах. Она махнула рукой, подзывая меня, но мне стало очень страшно, и я не подошла. «За какие грехи она так страдает?» — спросила я у монахини. Та ответила: «Живя на земле, она отдала себя плотским страстям, а теперь получает за свои дела возмездие» (за блуд). Далее мы зашли в другое темное помещение, в котором как бы из-под пола доносился плач маленьких детей. Монахиня объяснила, что это плачут маленькие дети, загубленные в утробе. Они ждут своих матерей, и когда те придут, то займут их место, а дети отправятся на небеса…
Вскоре мы вышли на поле, ледяное и холодное. Там находился колодец, около которого стояла женщина и вычерпывала воду, выливая ее по сторонам. Я спросила у монахини: «Что делает эта женщина?». Она объяснила мне, что эта женщина, живя на земле, продавала молоко, разбавленное водой, а здесь она отделяет молоко от воды и не может никак этого сделать…
Потом мы пришли в некий большой дом. Внутри него стояло много столов, за которыми сидели люди. Некоторые столы были совершенно пустые, даже без скатертей, а на других было много всякой пищи. Моя спутница объяснила мне, что те, кто, живя на земле, подавали “милостыню, жертвовали бедным и на храм — получали теперь на свои столы различные яства, а другие не давали ничего — и сидели за голыми столами. Иных поминали с водкой и поэтому теперь у них не было ничего, все сгорело. Водка сожгла все…
Затем мы с монахиней шли терновым путем. Путь узкий, тяжелый. Шли мы долгое время и пришли к Божиему Храму. Там нас встретили отроки и юноши. Одни были с букетами очень красивых цветов, а другие — с венчиками. Когда благочестивые христиане подходили к храму, на них одевали белые мантии, венки давали букеты цветов и вводили их в храм. Вошли в него и мы с моей спутницей. Храм был очень большой, светлый, сияющий, неописуемой красоты. Я заметила, что в нем много престолов, в каждом из которых шла служба и был свой священник. Пело много хоров. Как только заканчивал пение один, тут же начинал петь другой. Лики на иконах были живые и в живых цветах. В храме стояли мужчины по правую сторону, женщины — ло левую. В подсвечниках горело очень много свечей; на кануне лежали бублики и печенье. Я спросила у монахини, кто же приносит все это на канун, и кто ставит свечи? Она мне ответила, что если кто приносит приношение на земле, то все это переходит на небеса, и то же самое бывает со свечами.
Между тем хоры пели так красиво, что выразить или описать это совершенно невозможно!
Отстояли мы службу и пошли в сад, тоже неописуемой красоты, Здесь росло множество яблонь, груш, слив, вишен, ягод и все с плодами, такими, каких у нас на земле нет. А какое было благоухание! Множество красивых, разнообразных птиц пели необыкновенные песни. Ко мне подбежали девочки (школьного возраста), и каждая из них угощала меня фруктами и ягодами. Я поела с большим удовольствием.
Наконец мы пошли дальше. Впереди я увидела поле, очень ровное, как стол, и засеянное разными цветами неописуемой красоты. Кругом разливалось такое благоухание, что выразить это человеческим языком невозможно. Мы пошли по этому полю дальше и увидели впереди красивый, большой дом. Вошли внутрь и увидели много столов, на которых лежало множество живых, благоухающих цветов. За столами сидели отроки, юноши и девочки-отроковицы. Юноши учили отроков и отроковиц плести венки и набирать букеты для встречи благочестивых. Все они пели очень красиво: «Аллилуйя». Среди них я увидела своего братишку, умершего девяти лет от роду от кори. Заметив меня, он улыбнулся, но не подошел…
Мы опять шли по этому красивому полю, потом по другому, еще более красивому. Там увидели, как летают вместе с Ангелами маленькие деточки и, вместе с ними, своими младенческими голосами поют: «Иже Херувимы» — так красиво, что выразить и передать это невозможно!!! На поле стояли столы с множеством цветов, вокруг которых сидели девушки, юноши и взрослые и плели венки. Среди них, я увидела свою знакомую, с которой мы вместе ходили читать Псалтирь по усопшим и которая умерла девицей. Я у нее спросила: «Надежда, чем ты здесь занимаешься?». Она подняла на руке большую связку венков и сказала: «Вот, плетем венки для благочестивых. Тебе еще не время сюда приходить, ты скоро уйдешь».
На эту поляну с третьего неба по воздуху спустилась Божия Матерь и разлилось сильное благоухание. Матерь Божия была в золотой ризе и всех благословляла. Мне же Она сказала: «Скажи всем, кто загубил младенцев в утробе своей, пусть читают 70 раз в сутки «Богородице Дева, радуйся!».
Мне было очень радостно на душе и совсем не хотелось уходить от такой благодати, но вот подошла моя прежняя спутница и сказала: «Теперь пойдем к Спасителю на благословение». И когда мы с ней пошли, я спросила: «А где будет мое место?». Монахиня ответила мне: «Этого показать сейчас нельзя. Ты можешь возгордиться и можешь опечалиться. Ты еще долго будешь жить на земле, и все зависит от того, как ты проживешь эти годы…». Шли мы долго и оказались, наконец, перед большим домом. Вошли в него и попали в большое и шумное человеческое море, посреди которого, как на острове, стояли весы, на которых взвешиваются наши хорошие и плохие дела. Здесь монахиня от меня удалилась. И тогда мне стало страшно. Откуда-то появились демоны и стали меня ловить, чтобы бросить на весы. Я уже не знала, что делать, но тут опять ко мне подошла моя спутница-монахиня, отогнала демонов и, взяв меня за руку, подвела к весам. Я увидела, что на одной их чаше лежит мой Псалтирь, а на другой —дощечка, на которой были записаны мои грехи, с детства до юности. Я испугалась, но Псалтирь перетянул другую чашу и дощечка с грехами вдруг стала чистая…
Мы вышли из этого дома, и я увидела большую толпу народа. Все как будто стояли в очереди. Встали и мы. Я заметила, что очередь продвигается к розовой ширме (похожей на завесу). Когда подходит к ней благочестивый, то ширма откидывается и появляется сияющая как солнце белая рука, которая благословляет человека, и этот человек отходит и становится по пра-
вую сторону. Если же Подходит неблагочестивый человек, то ширма не открывается, и человек этот отде. ляется на левую сторону и падает в пропасть, где его хватают демоны. Близилась моя очередь, и я очень боялась, благословит ли меня Господь или же я упаду в пропасть, но тут подошла монахиня и сказала: «Пойдем, примешь Св. Тайны и сойдешь на землю». Когда я приняла Св. Тайны, то увидела, что моя путеводительница поднимается вверх и скрывается в облаках..,
Вдруг я открываю глаза и вижу потолок больничной маленькой палаты. Кругом врачи и медсестры. Оказалось что когда я уснула, то три дня спала дома, затем врачи меня поместили в больницу, где и находилась я остальные дни, пока длился мой сон.
В больнице я пролежала четыре месяца: не могла: ни сидеть, ни ходить; все суставы были как мертвые, работал только язык… Постепенно я стала ходить и сидеть. Лечащий врач сказал мне: «Забудьте свои 17 лет, которые вы прожили. Ваш год рождения — 1937. Вы умерли и вновь воскресли!». И вот я, воскресшая, живу уже более 50 лет (в Ленинградской области).
Об этом случае писали в местной газете.
В заключение нашего разговора, приведу еще один подобный случай. Это рассказ одной верующей старушки Параскевы о загробных испытаниях ее супруга.
В 1916 году мой супруг Димитрий однажды, уснув, оказался на том свете. Вот как он описывал это видение: «Пришли ко мне и говорят:
—Ты сейчас умрешь.
Нет, я не хочу умирать, у меня есть жена и мальчик.
А они отвечают:
Когда ты умрешь, то их позабудешь.
И вижу я, что умираю. И умер. Вот стоит мой путеводитель.
— Ну теперь пойдем, — говорит, и повел меня. Вижу я большую гору песка, а вокруг сидит много народа,
один к другому пихают песок (как дети) и у каждого льется пот градом, Я спрашиваю;
За что это?
Им, когда жили они на земле, все было мало, и они загребали чужое, а здесь они страдают за это и отпихивают друг от друга ставшее теперь им ненужным добро.
Идем дальше и оказываемся около канав, в которых битком набиты люди. Со стоном каждый из них вздымает руки и просит:
— Выньте меня, выньте меня.
А путеводитель мой отвечает: Не время.
Вот перекинуты через канаву две жердинки и нам надо пройти по ним. Я боюсь, что они обломятся, но мой путеводитель успокаивает:
Иди, не бойся.
И мы легко переходим. Я прошу путеводителя:
Мне бы хотелось видеть отца и двух моих мальчиков.

Отца ты увидишь, а мальчиков еще не должен видеть.
Привел меня к берегу моря и говорит: Гляди туда, и увидишь своего отца.
Я смотрю и вижу, как, все увеличиваясь, быстро приближается ко мне плот, на котором стоит мой отец. Вид у него очень усталый. Мне стало его очень жалко, и я сказал:
Давай мне руку.
- Нет, сынок, я тогда выйду на берег, кргда концы этих веревок отпадут.
Я замечаю, что он весь опутан веревками. Плот уплывает, а я спрашиваю у путеводителя:
За что он так мучается, ведь он нищих любид» подавал милостыню и ночевать их пускал.
Путеводитель отвечает:
— Он по праздникам рыбу ловил и продавал. Вот за это и мучается.
Вскоре мы пришли в какой-то большой сад. Так там было красиво и так хорошо, что и есть и пить не надо, а все смотри да любуйся. Вот где рай-то! Увидел я там множество молодых мужчин и спрашиваю у путеводителя:
—Там пожилые, старые и так мучаются, а здесь молодые гуляют, и так им хорошо. А он отвечает:
— Это на войне погибшие православные христиане, которые Бога не хулили и Церковь почитали. Им здесь хорошо.
Наконец привел меня мой путеводитель к пропасти и толкнул меня в бездну. После сего и вошел я в себя. Долго от страха не мог очухаться и вообще пошевелиться.

Псковский район,1994г.

Icons by N.Design Studio. Designed By Ben Swift. Powered by WordPress
RSS Zaloguj